Слава тебе, безысходная боль!
А. Ахматова
Казался черствым хлеб, казался пыльным свет,
В изломанный цилиндр сползалась медь монет,
И Арлекин твердил чужую чью-то роль:
- Король ушёл к другой? Да здравствует король!
У Коломбины жар и сломано перо,
Пьеро ругает власть и пьёт из кружки ром,
Канатоходец толст, жонглёр с утра небрит,
Скупой антрепренер ни тлеет, ни горит;
Играли скверный фарс про верную любовь.
Кто отводил глаза, кто странно хмурил бровь,
Шандал вовсю коптил и то и дело гас.
Играли скверный фарс, играли в сотый раз:
- И некуда спешить, и некого жалеть...
Заброшена под стол разгрызенная плеть,
А лев ушёл гулять - он тоже царь, не ноль.
Король, конечно, гол, - да здравствует король!
Король, конечно, гол, - в чём держится душа,
А жизнь не стоит вся и медного гроша,
Вот разве за любовь заплатят медный грош...
И фарс похож на бред, а бред на жизнь похож,
И льётся горечь слов, не превращаясь в соль:
- Ты умер, мой король, - да здравствует король!...
Ирина Козлова
